Имя самого Трампа Коэн в своих показаниях не упомянул, сказав только, что «работал с кандидатом и по его указанию». Вместо Коэна имя назвал его адвокат Лэнни Дэвис. После суда он написал в Twitter, что его доверитель «засвидетельствовал под присягой, что Дональд Трамп поручил ему совершить преступление, заплатив двум женщинам с основной целью повлиять на выборы». «Если эти платежи были преступлением для Майкла Коэна, то почему они не были преступлением для Дональда Трампа?» – таким вопросом задался Дэвис.

Адвокат Трампа Рудольф Джулиани в свою очередь заявил, что «в обвинениях против Коэна нет никаких утверждений о правонарушениях президента». Сам Трамп ранее настаивал, что он ничего не знал о выплаченных Клиффорд и Дэниэлс деньгах. Коэн же под присягой свидетельствовал, что действовал по поручению своего шефа, отмечает Reuters. Как пишет The New York Times, раньше адвокаты Трампа в частных разговорах признавали, что дело Коэна может принести Трампу больше проблем, чем дело о предполагаемом вмешательстве России в выборы 2016 г. Профессор права Калифорнийского университета в Ирвине Рик Хасен сказал WSJ, что действия Коэна могут стать основанием для импичмента президента.

Обвинения Коэна прозвучали практически одновременно со слушаниями в суде в Вирджинии. Там рассматривается дело бывшего руководителя предвыборного штаба Трампа Пола Манафорта. Его во вторник жюри присяжных признало виновным по восьми из 18 пунктов обвинения. Присяжные единогласно сочли доказанной вину Манафорта по пяти налоговым эпизодам (сокрытие $16 млн, заработанных на Украине), двум – связанным с нарушением банковского законодательства (для получения кредита на $20 млн), а также в сокрытии зарубежных счетов. По остальным пунктам их мнения разделились, слушания будут продолжены 29 августа.

Манафорт – один из фигурантов расследования дела о российском вмешательстве в президентские выборы в США в 2016 г., которое ведет спецпрокурор Роберт Мюллер. Ни одно из доказанных нарушений к этому делу не относится, однако вердикт является победой команды Мюллера, указывает Bloomberg. Это первое дело, доведенное Мюллером до суда. По мнению юристов, только по эпизодам нарушения банковского законодательства 69-летний Манафорт может быть осужден на 30 лет, хотя более реальным выглядит тюремное заключение на 10 лет.

Манафорт, возглавлявший кампанию Трампа с марта по август 2016 г., проходит ответчиком по двум разбирательствам. В Вашингтоне Манафорт обвиняется в «сговоре против США», а также отмывании более $30 млн, даче ложных показаний и отказе в регистрации в качестве иностранного агента во время работы в США на прокремлевских политиков на Украине. Слушания по этому делу состоятся 17 сентября. Ожидается, что этот процесс раскроет больше подробностей о российских связях Манафорта.

Дональд Трамп, находившийся во вторник с визитом на западе Вирджинии, постарался дистанцироваться от происходящего в суде. «Пол Манафорт – хороший человек… Это не касается меня, но я все еще чувствую, что происходящее – очень печально», – приводит его слова Reuters. «Это не имеет ничего общего с российским делом. Это началось как российское дело, но это не имеет абсолютно никакого отношения, это охота на ведьм и это – позор», – заключил Трамп. Комментировать показания Коэна он отказался.

Bloomberg со ссылкой на источники пишет, что Трамп смотрел новости о Коэне и Манафорте на телеканале Fox News во время перелета. Собеседники агентства рассказали, что президент был мрачен, но спокоен и никакой критики в адрес бывших соратников не высказал.

Импичмент Трампа в настоящий момент практически неосуществим, считает правовед из Института государства и права РАН Вильям Смирнов: «Во-первых, это крайне сложно с юридической точки зрения. Вспомним Уотергейт: тогда обвинения в адрес Ричарда Никсона были гораздо серьезнее, но до конца процедуру так и не довели». Во-вторых, это маловероятно в силу конфигурации политических сил, поясняет эксперт: «Конечно, демократы все еще пытаются оправиться от своего поражения, поэтому «раздувают» каждый новый скандал вокруг Трампа, особенно сейчас, чтобы потеснить республиканцев в Конгрессе». Однако, по мнению Смирнова, такие скандалы могут иметь лишь репутационные последствия, но не юридические. «Да, у определенной части элит сейчас существует такой запрос, но сильное «расшатывание» самого института президентства очень опасно, поэтому на последующих этапах у них включится инстинкт самосохранения, как это произошло в уже упомянутом Уотергейтском скандале».